Имена, иконка Имена
новомучеников, исповедников и всех невинно от богоборцев в годы гонений пострадавших в Саратовской митрополии

Епископ Нифонт (Фомин Николай Петрович)

Дата рождения

Владыка Нифонт 4 февраля 1931 года был арестован Череповецким сектором ОГПУ в Ленинградском Военном округе по обвинению в антисоветской агитации. Осужден 2 октября 1931 года Особым совещанием при Коллегии ОГПУ по ст. 58-10 УК РСФСР на 3 года концлагерей. 16 октября 1931 года направлен для отбывания срока наказания в Свирские лагеря ОГПУ. Упоминается в судебном деле белозерского духовенства 1937 года, по которому было расстреляно около 100 человек в Левашовской пустоши.



Епископ Нифонт Фомин
 Епископ Нифонт (Фомин)

Епископ Нифонт (в миру Николай Петрович Фомин)[1] родился 7 мая 1885 года в c. Липник Кирилловского уезда Череповецкой губернии в семье священника Преображенской Липникской церкви Кирилловского уезда.

С 1896 года по 1900 год обучался в Кирилловском духовном училище. С 1900 года по 1906 год — получал образование в Новгородской духовной семинарии. В Новгородских Епархиальных ведомостях №27–28 от 7–14 июля 1906 года Фомин Николай значится в числе выпускников, окончивших курс Новгородской Духовной Семинарии по первому разряду.

В 1906 году поступил в Московскую духовную академию. 3 апреля 1910 года, обучаясь на IV курсе академии, пострижен в монашество и вскоре рукоположен во иеромонаха. В том же году окончил Московскую духовную академию со степенью кандидата богословия, добровольно поступил учителем в Богословскую школу при Соловецком монастыре.

Саратовская семинария, фото нач. XX века
 Саратовская семинария, фото нач. XX века

С 18 июля 1911 года — преподаватель Тифлисской духовной семинарии. С 10 сентября 1911 года — преподаватель Саратовской духовной семинарии. 28 августа 1912 года назначен смотрителем Петровского духовного училища в Саратовской губернии. По данным 1917 года был в сане архимандрита. После закрытия училища в 1918 году «исполнял обязанности священника» в селе Красная Речка бывшего Саратовского уезда (вероятно, имеется в виду село Красная Речка ныне Новобурасского района Саратовской области, однако, нет данных, что в селе был храм).

Петровское духовное училище в Саратовской губернии
 Петровское духовное училище в Саратовской губернии

13 апреля 1918 года хиротонисан во епископа Балашовского, викария Саратовской епархии. В 1919 и 1921 годах подвергался репрессиям. С 1919 по 1920 годы жил в селе Красная речка Саратовского округа.

В феврале 1921 года назначен правящим архиереем Сталинградской епархии. С 1921 по 1927 года жил в Сталинграде. В 1921–1923 годы придерживался политического нейтралитета. Несмотря на это, он и его немногочисленные сторонники подверглись репрессиям. Арестован 12 мая 1922 года в г. Сталинграде по обвинению в сокрытии церковных ценностей, осужден на 7 лет лишения свободы с последующей высылкой на 3 года в г. Кострому. Сам епископ Нифонт в протоколе допроса, произведенного в ПП ОГПУ в ЛВО 14 февраля 1931 года так сообщает по делу ареста 1922 года: «Арестован был как подозреваемый в сокрытии церковных ценностей. Мне было предъявлено обвинение в том, что якобы по моему приказанию при изъятии ценностей были сокрыты две чаши, два д… и две тарелки, в действительности же я никаких приказаний на этот счет не давал и в этом я обвинялся по наговору». Был досрочно освобожден по амнистии 07 мая 1924 г., после чего отбывал 3 года ссылки в г. Костроме.

В 1925–1927 годах — епископ Сталинградский. В 1927 году — епископ Вязниковский. С мая по сентябрь 1927 года временно управлял Владимиро-Суздальской епархией. После окончания отбывания ссылки в Костроме в 1927 году по разрешению властей прибыл в Москву до получения места служения. С 1927 по 1928 годы — епископ Владивостокский и Камчатский. В июне 1928 года вернулся в Москву. С середины 1928 года «вышел на покой, после чего проживал в Пензе до мая 1929 года» (из протокола допроса, произведенного в ПП ОГПУ в ЛВО 14 февраля 1931 г.).

В 1928–1929 годы «без должности, проживал в городах Камышине и Пензе». В Пензе проживал на иждивении у своего друга епископа Кирилла (Соколова).

26 мая 1929 года назначен епископом Череповецким. В протоколе допроса, произведенного в ПП ОГПУ в ЛВО 14 февраля 1931 года епископ Нифонт так раскрывает этот период своей жизни: «Находясь на покое в гор. Пензе, получил от Митрополита Сергия указ об отбытии епископом Череповецким, куда и прибыл 26 мая 1929 года. По приезде в Череповец, все по моей инициативе, а также и по приглашениям верующих, с разрешения органов власти, начал совершать поездки по епархии с целью посещения подведомственных мне приходов. Так за все время поездок посетил следующие приходы: Стефановское, Городище, Вахново — Череповецкого района, Чудь, Шухободь — Абакановского района, Ковжа, Черноезерье, Чаромское — Пришекснинского р-на, Пусторадицы — Кадуйского р-на, Петровское, Рукино, Н.Торжок, Славенка, Благовещенье — Н. Торжского района, г. Кириллов, с. Покровское, Горицы, Соров, Цыпино, Ферапонтово, Взвоз — Кирилловского р-на, Короткое, Петропавловское, Пегенка — Петропавловского р-на, с. Мунское — Вашкинского р-на, Леушино — …ского р-на, г. Белозерск, Заболотье, Н. Озеро — Белозерского р-на. … В большинстве указанных выше приходах я совершал архиерейские богослужения совместно с архидиаконом Иосифом Чернышевым, который все … со мною разъезжал. Конечно, во время совершаемых мною богослужений я выступал с религиозными проповедями исключительно на евангельские темы, при этом никогда политических вопросов не касался. Также в беседах с отдельными лицами никогда ничего на политические темы не говорил и недовольства Соввластью не высказывал. К Соввласти я отношусь лояльно, подчиняюсь всем ее законам и своим положением вполне доволен. Предъявленную мне проповедь, произнесенную мною на одном из богослужений на тему о евангельском юноше, в которой я сравнивал евангельское юношество с современным юношеством продающим бога, точно не помню, говорил ли я, но выражения «продающим бога» конечно не говорил, как вообще таких выражений я не произношу. Что же касается поминовения князей за богослужениями — указываю на то, что подобные явления имелись и имеются теперь при этом понимаются святые князья в молитве литии Владимир, Александр, Даниил, Борис, Глеб и Игорь».

Проживал в г. Череповце по адресу: улица Р. Люксембург, дом 31, квартира 1 (данный адрес в протоколе обыска и ареста 04.02.1931 г.). По видимому, одновременно с Череповецкой епархией управлял Кирилловским викариатством, где в тот период не было своего епископа.

4 февраля 1931 года арестован Череповецким сектором ОГПУ в Ленинградском Военном округе по обвинению в антисоветской агитации. В постановлении по делу № 263-31 г. от февраля 1931 г. сообщается: «Уполномоченный ЧОС ОГПУ… рассмотрев поступившее ко мне 10 февраля 1931 г. РЕГО дело о гражданах Фомине Никол. Петров. … и других,.. в том, что (указать содержание дела) проходящие по делу лица, являясь служителями религиозного культа занимаются антисоветской агитацией, возбуждая среди верующих религиозную вражду и усматривая наличие признаков преступлений, предусмотренных ст. 58–59 Уголовного Кодекса, что согласно ст. 91 Процессуального Уголовного Кодекса, является достаточным основанием к началу предварительного следствия/дознания. Постановил: преступить к производству предварительного следствия/дознания по сему делу, о чем сообщить Череповецкому Райпрокурору».

В протоколе обыска и ареста от 4 февраля 1931 года сообщается: «На основании ордера, выданного Череповецким спецсектору ОГПУ за № 307 от 03.03.1931 года, произведен обыск в доме № 31 квартире 1 по просп. ул. пер. Р. Люксемб. у граждан: Фомина Николая Петровича. Согласно данным задержаны: Фомин Н. П. Взято для доставления в спецсектор следующее (подробная опись): две иконы чеканной работы «Богородица», …, переписка, …, семь облачений: пасх., черн., желтое, зеленое, красное, белое, синее, …, митра…».

Содержался под стражей в Череповецком Домзаке. В протоколе допроса, произведенного в ПП ОГПУ в ЛВО 14 февраля 1931 года епископ Нифонт по поводу религиозной обстановки в стране и епархии отмечает: «После выпуска М. Сергием интервью по поводу религиозных гонений, … обсуждаемых за границей, имел ли я с кем-нибудь разговоры, не помню, но к М. Сергию в Москву действительно ездил, специально за разъяснением, как понимать его интервью, так как на местах появились слухи, некоторые верующие не согласны с интервью, хотят отделиться от церкви. М. Сергий мне ответил, что таких гонений, как их представляют за границей у нас не существует и что на этом основании и было выпущено интервью. По поводу группирующихся монахинь, вокруг нашего собора в Череповце, сообщаю, что в этом я участия никакого не принимаю. Церковный хор состоявший в большинстве из монахинь существовал при соборе до моего прибытия. Мне известно, что эти певчие монахини в прошлом состояли в Леушинском монастыре. Что же касается замещения монахами свободных священнических мест, то такое положение в нашей епархии вытекает из того, что нет кандидатов в священники. Обнаруженные у меня на квартире при обыске 7 комплектов архиерейского облачения являются моею собственностью и приобретены мною за все время служения. Часть из них куплена лично, часть подарена. Поскольку я считаю это облачение своим личным имуществом, в церковной описи оно не значится, а потому я и хранил облачение у себя дома».

Осужден 2 октября 1931 года Особым совещанием при Коллегии ОГПУ по ст. 58-10 УК РСФСР на 3 года концлагерей. 16 октября 1931 года направлен для отбывания срока наказания в Свирские лагеря ОГПУ. Упоминается в судебном деле белозерского духовенства 1937 года, по которому было расстреляно около 100 человек в Левашовской пустоши (Групповое дело «Дело Федотовского, Шоленинова и др., г. Белозерск, 1937 г.») Постановлением Президиума Вологодского областного суда от 30.06.1964 г. № 44-ус-54.64 Н.П. Фомин реабилитирован. В Постановлении указано: «Проверив материалы дела и обсудив доводы протеста, Президиум находит, что дело подлежит прекращению по следующим основаниям: В предъявленном обвинении Фомин и др. все обвиняемые по делу виновными себя не признали. Обвинение Фомина и др. следственными органами было основано на показаниях свидетелей ….. Однако эти свидетели никаких показаний об антисоветской агитации со стороны Фомина и др. осужденных не дали. Указанные свидетели лишь показали о таких высказываниях осужденных, которые хотя и являются политически неправильными, ошибочными суждениями, однако по своему содержанию состава государственного преступления, предусмотренного ст. 58-10 УК РСФСР не образуют. … Президиум Вологодского областного суда постановил: Постановление особого совещания при коллегии ОГПУ от 2 октября 1931 года в отношении Фомина Николая Петровича… отменить и дело о них прекратить за отсутствием состава преступления».

 

[1] Подготовлено по: http://kanonizacia.cerkov.ru/episkop-nifont-fomin/. Подготовил В. В. Теплов.